29.07.2013 Санкт-Петербург

Вторая редакция проекта федерального закона, направленного на стимулирование производства органической сельскохозяйственной продукции, вызвала новую волну замечаний экспертов

В целях формирования правового поля в сегменте органик-продукции, в ноябре 2012 года на рассмотрение в Государственную Думу РФ был внесен проект Федерального закона «О производстве органической сельскохозяйственной продукции и внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации». Его вторая редакция, опубликованная 17 июля этого года на портале Министерства сельского хозяйства, вызвала новую волну замечаний экспертов, касающихся недостаточной проработанности вопросов регулирования рынка органической продукции.

Вторую редакцию законопроекта прокомментировали Юлия Грачёва, директор Экологического союза, и Яков Любоведский, исполнительный директор Союза органического земледелия, председатель комиссии по органическому сельскому хозяйству Московской Торгово-промышленной палаты.

Юлия Грачева, директор Экологического союза:

Во второй редакции законопроекта больше внимания уделено терминологии, появились определения таких терминов, как «органические пищевые продукты», «традиционное сельскохозяйственное и органическое производство», «переходный период». Важно, что в законе будут закреплены эти определения.

Недостаточно продумана, на наш взгляд, взаимосвязь между формирующимся российским законодательством в области органического производства и уже давно существующим и признанным во всем мире европейским.

Так, в законопроекте заявлено об увеличении экспорта органической продукции. Однако, на каком основании российская органическая продукция будет признана на западных рынках при отсутствии процедуры гармонизации отечественного и европейского законодательства и стандартов производства, для нас, как органа по сертификации с более чем десятилетним опытом работы с европейским рынком, остается непонятным. Ведь согласно, например, законодательству ЕС (директива ЕС No 1235/2008), продукция третьих стран, ввозимая под маркой «органик», должна пройти необходимую оценку соответствия признанным в ЕС органом по сертификации – и России на сегодняшний день нет в списке стран, признаваемых Европой как производителей органической продукции.

Второй важный вопрос – это процедура подтверждения соответствия продукции органическим методам сельского хозяйства. В первой редакции закона было указано, что подтверждение соответствия осуществляется согласно закону о техническом регулировании, на основании национального стандарта, а также на основании международных стандартов и стандартов систем добровольной сертификации органической продукции. Это полностью соответствует международной практике. Во второй редакции законопроекта эти возможности подтверждения соответствия продукции были заменены на обязательную государственную регистрацию уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти. Порядок такой регистрации не прописан, указаны только сроки – пять лет. По европейскому законодательству органическое производство должно находиться под постоянным контролем экспертов, инспекции с целью поддержания необходимой степени соответствия органическим стандартам должны проводиться не реже одного, в некоторых случаях двух раз в год.

Помимо этого, согласно международной практике, функции оценки и контроля выполняют большое число органов по сертификации, аккредитованных в установленном порядке. Таким образом, у производителя всегда есть выбор, в какой орган по сертификации обратиться, а между органами сохраняется здоровая конкуренция, следствием которой являются качественно проработанные процедуры и тщательный подход к сертификации. Даже в маленькой Европе существуют десятки органов по сертификации. Как будет обеспечивать должный уровень качества оценки соответствия стандартам уполномоченный федеральный орган – во второй редакции законопроекта не указано. На наш взгляд, он сможет заниматься регистрацией, подразумевая под этим учет. В России, где отсутствует методическое обеспечение ведения органического производства, это приведет к полной дискредитации понятия «органический продукт».

Штрафы, которые предполагают применять согласно второй редакции законопроекта, по нашему мнению, не избавят население от большого числа псевдо-эко-заявлений, поскольку касаются только лишь использования термина «органический». По нашему опыту, этот термин применяется не так часто, и на прилавках останутся «ЭКО», «БИО», «натуральные продукты». К тому же штрафы относительно небольшие. Конфискация предметов, содержащих незаконное наименование «органический», — это разумная мера, такие же меры приняты в международной практике. Размер штрафов в Европе и Америке больше, также предусмотрено уголовное наказание. Штрафы могут достигать 10 000 долл в Америке для физических лиц за несоблюдение стандартов органического производства и неправильное маркирование продукции. В Европе штрафы могут быть до 30 000 Евро, или тюремное заключение сроком до одного года. Но еще раз подчеркнем, что в мире контроль за сертифицированными продуктами осуществляют сотни органов по сертификации, а не единый государственный орган.

Попытка создания уполномоченного государственного органа, который будет регистрировать, выдавать свидетельства, вносить и исключать из реестра производителей органической продукции, а также осуществлять контроль за неправомерным использованием знака, на наш взгляд, может создать благодатную почву для коррупции и подорвать доверие покупателей к такой продукции.

Более того, получится так, что по-настоящему добросовестные хозяйствующие субъекты, прошедшие сертификацию по всем правилам в одном из международных органов по сертификации, окажутся не у дел и даже могут быть оштрафованы. А госреестр могут заполнить недобросовестные производители, которые, используя несовершенство данного закона, смогут при этом еще и получать государственные субсидии. Таким образом, вторая редакция законопроекта не может обеспечить формирование эффективной рыночной системы и системы, которая будет функционировать во благо здоровья населения и окружающей среды.

Яков Любоведский, исполнительный директор Союза органического земледелия, председатель комиссии по органическому сельскому хозяйству Московской Торгово-промышленной палаты:

В целом в документе есть ряд грубых фактических ошибок. Отсутствуют статьи 8 и 10, есть две совершенно различные статьи под одинаковым номером 16. В части определения органической продукции статья 2, пункт 6 предлагает признавать таковой продукцию, вообще не содержащую органических компонентов, а «содержащую в своем составе не менее 95 % пищевых ингредиентов от массы всех ингредиентов».

Законопроект не проходил процедуру согласования с профессиональным сообществом, отраслевыми союзами (ассоциациями), в документе отсутствует взаимосвязь с реальным положением дел в органическом сельском хозяйстве.

Основные концептуально ошибочные положения в документе:

1) Отсутствует упоминание о признании международных требований к органической продукции. Законопроект не корреспондирует с международными нормами ведения органического сельского хозяйства. Все это ведет к изоляции российского законодательства в сфере органического земледелия и его полной недееспособности на мировом рынке органической продукции. Российский сельхозпроизводитель от получения статуса в своей национальной системе не получит возможности признания на мировом рынке и не сможет реализовать своего конкурентного преимущества. На территории России получат популярность системы сертификации других государств. Органическое сельское хозяйство будет развиваться по правилам, которые будут устанавливаться не в России и не для России. Россия обладает самыми большими ресурсами для органического сельского хозяйства в мире. Россия может стать лидером мирового рынка органической продукции, диктовать свои правила игры, у России есть для этого возможности. Но предложенный закон отстраняет Россию от мирового рынка органической продукции.

2) Отсутствует понятие о сертификации — открытой и прозрачной процедуре, на основании которой присваивается статус «производство органической продукции». В органическом сельском хозяйстве многие критерии соответствия требованиям стандарта оцениваются экспертным путем и на основании качественных (а не измеряемых количественных) показателей. Важно, чтобы система сертификации была открыта и прозрачна для профессионального сообщества и потребителей, чтобы ее можно было контролировать, как это и происходит во всем мире.

4) В законе предлагается единоличный контроль за всеми процессами производства закрепить за Федеральным органом исполнительной власти. В России отсутствует образование в сфере органического сельского хозяйства, и нет необходимого количества компетентных специалистов ни в одном госоргане, следовательно, потребуются переподготовка и новые должностные ставки. Это затратный путь, который требует от государства значительных финансовых и человеческих ресурсов. Более того, при единоличном контроле, когда есть возможность написать субъективное экспертное заключение, возникает благоприятная среда для коррупции. Централизация принятия решений приводит к потере регионами компетенции развивать органическое сельское хозяйство с учётом особенностей регионов. Зависимость от федерального центра приводит к созданию системы «узкого входа», что в конечном итоге создает благоприятную среду для коррупции. Получить регистрацию производства и продукции будет проще тем, кто ближе к федеральному центру.

5) Отсутствует статья об участии профильных союзов (ассоциаций) сельскохозяйственных товаропроизводителей в развитии органического сельскохозяйственного производства. Все бремя развития огромного и нового сектора накладывается на бюджетные организации, оторванные от реального положения дел в органическом сельском хозяйстве. Развитие органического сельского хозяйства ограничится бюджетным финансированием государства, интересы реального сектора не будут учтены, развитие сектора будет существенно ограничено и заторможено.

6) Статья 14 законопроекта предлагает: «Приостановление производства органической продукции осуществляют уполномоченные Правительством Российской Федерации федеральные органы исполнительной власти в установленном им порядке в случаях выявления нарушений в ведении органического производства и (или) установления его несоответствия требованиям, предъявляемым к условиям производства органической продукции». В законе есть порядок потери статуса органического производителя, и полномочия останавливать производство при субъективной экспертной оценке госоргана — абсолютно излишняя норма. Данная статья создает условия для коррупции и недобросовестной конкуренции. Статья 14 данного законопроекта откровенно демотивирует получать статус производителя органической продукции.

7) Статья 17 гласит: «Действие Федерального закона «О защите прав юридических лиц и индивидуальных предпринимателей при осуществлении государственного контроля (надзора) и муниципального контроля» не распространяется на проведение контрольно-надзорных мероприятий в отношении производства органической продукции». Это ставит производителей экологически чистой, органической продукции в неравные условия с представителями традиционного производства продуктов питания и создает дополнительные механизмы давления на производителей органической продукции и почву для коррупции. При осуществлении госконтроля абсурдно лишать законных прав предпринимателей за то, что они производят продукцию с повышенным уровнем качества.

Выводы:

Данный законопроект создает систему, которая существенно ограничивает развитие органического сельского хозяйства России. Законопроект способствует образованию благоприятной среды для коррупции и недобросовестной конкуренции.

Материалы по теме:

Портал Foodmonitor: Производству органических продуктов готовят госрегистрацию .

ИА «Итар-Тасс»: Минсельхоз РФ предложил регистрировать производителей экологически чистой продукции.